Есть особый вид литературного мошенничества, который у нас почему-то считается нормой.
Это когда книга выходит в жанре «детектив», «фэнтези» или «триллер», а внутри обнаруживается производственный роман, философская притча или идеологический трактат.
Формально — никто не врёт. Магия есть. Убийство есть. Будущее где-то маячит. По факту — вас заманили жанром, а читать заставляют совсем другое.
Мы собрали шесть реальных книг последних лет, где жанровая этикетка — это не ориентир, а дымовая завеса.
Это не список «плохих книг». Это список книг, которые обещали одно, а дали другое — и сделали вид, что так и было задумано.
Алексей Иванов — «Невьянская башня» (2025)
Что обещали: Готическое историческое фэнтези. Мистика, демоны, древние тайны, тёмный Урал, проклятые башни, зловещая атмосфера.
Обложка и аннотация уверенно подмигивают: будет жутко, загадочно и, возможно, сверхъестественно.
Что получили: Производственный роман. Нет, правда. Про заводы, власть, технологию, управление и социальную механику XVIII века.
Демоны здесь существуют примерно в том же режиме, что и совесть у чиновников: как концепт, но не как действующее лицо. Мистика аккуратно разложена по полочкам и используется строго как художественный ароматизатор — для запаха, не для вкуса.
Читатель, пришедший за «историческим триллером», довольно быстро понимает, что его усадили читать учебник по раннему капитализму с элементами символизма.
Обещали мистику — дали роман о власти, труде и системе. Фэнтези тут — не жанр, а декоративный шрифт на обложке.
Александра Маринина «Посох двуликого Януса» (2025)
Здесь важно не название, а констатация: книга, маркируемая как детектив, на деле тянет на философское эссе о памяти, смысле справедливости и социокультурных трансформациях. В обзор топ-продаж 2025 года от Forbes приводится пример произведения, позиционируемого как детектив будущего, но по сути превращённого автором в глубокое размышление о природе истины и времени, где расследование преступления — лишь повод.
Обещали детектив → внутри: философский роман с детективной оболочкой.
Алексей Иванов — «Вегетация» (2024)
Что обещали: Постапокалипсис. Антиутопия. Киберпанк. Квест. Издательский комбайн выдал сразу все теги, какие были под рукой, — чтобы уж точно зацепить всех.
Мир после катастрофы, технологии, выживание, напряжённый сюжет, философия будущего. Читатель готовится к жёсткому жанровому аттракциону.
Что получили: Медленное роуд-муви про людей, их прошлые травмы, семейные обиды и попытки договориться друг с другом в условиях условного конца света.
Катастрофа здесь — фон. Технологии — декорации. Экшн — редкий гость.
Это не «постап». Это психологический роман, который просто забрёл в выжженную местность. Если вы ждали динамики и жанрового давления — вы ошиблись дверью. Если вы готовы к длинным разговорам о смысле жизни — проходите, располагайтесь.
Обещали киберпанк — дали гуманитарную экспедицию в человеческую душу. Неплохо. Но вообще не то.
Виктор Дашкевич — «Тайна мёртвого ректора» (2024)
Что обещали: Классический детектив. Убийство. Интрига. Следствие. Тайны.
Название сразу намекает: будет расследование, будут версии, будут сюжетные повороты.
Что получили: Университетский социальный роман с философским уклоном. Убийство здесь — предлог, а не двигатель сюжета.
Следствие периодически возникает, но каждый раз тонет в размышлениях о морали, жизни, устройстве академической среды и экзистенциальных переживаниях персонажей. Детективная интрига растворяется где-то между диалогами и рефлексиями, а читатель ловит себя на мысли, что читает кафедральный монолог под видом расследования.
Обещали головоломку — получили диссертацию, замаскированную под триллер. Книга не обманывает напрямую. Она просто не считает нужным выполнять обещанное.
Александр Проханов — «Лемнер» (2025)
Что обещали: Постмодернистский роман. Современные герои. Большой замысел. Эпика. Маркетинг аккуратно шепчет: будет сложно, но художественно.
Что получили: Историко-политический трактат, притворяющийся художественной прозой. Сюжет здесь существует постольку-поскольку. Главный герой — не персонаж, а рупор.
Роман регулярно забывает, что он роман, и уходит в риторические пассажи, идеологические декларации и символические построения, которым художественная форма нужна лишь как алиби.
Обещали постмодерн — дали проповедь в твёрдом переплёте. Это не жанровая подмена, это жанровая мимикрия.
Иван Белов — цикл «Заступа» / «Чернее чёрного» (2024–2025)
Что обещали: Эпическое фэнтези. Мир, герои, магия, масштаб.
Всё как положено: суровые названия, тёмная атмосфера, обещание большого приключения.
Что получили: Философские притчи и поэтические миниатюры, объединённые под одной обложкой. Сюжет здесь не развивается — он созерцается.
Мир не строится — он угадывается. Герои не действуют — они размышляют.
Это не плохо. Это просто не эпическое фэнтези, каким его продают. Это авторская медитативная проза, которой выдали доспехи жанра, чтобы она лучше продавалась.
Ждали мечи и магию — получили философский сборник под фэнтезийной вывеской.
Итог: почему нас продолжают обманывать
Потому что жанр — это кнопка. А кнопки нужны, чтобы на них нажимали.
Издательству проще продать философский роман как детектив, чем философский роман как философский роман.
Проще назвать производственную сагу фэнтези, чем объяснять, зачем читать про заводы.
Проще пообещать постапокалипсис, чем честно сказать: «Это книга про людей, которые разговаривают».
Читателя приучили выбирать по ярлыку, а не по содержанию. И пока мы продолжаем верить обложкам — этот цирк будет продолжаться.
Мораль простая: Читайте аннотации, как шпионские донесения. Смотрите не на то, что обещают, а на то, что аккуратно обходят стороной.
