Авторская расправа

Перед нами очередной продукт жанра dark romance, где школьный буллинг выдают за судьбоносную страсть, а клиническую жестокость — за «глубину чувств». «Чёрный рыцарь» делает это с...

Когда псевдоним автора звучит как название дешёвой водки, а книга называется «Узница обители отбракованных жён» — это не случайность, это честность. Милославская торгует литературным суррогатом и...

Морг как стартовая площадка для карьерного роста

Это роман, в котором обучение магии напоминает техникум строгого режима с обязательной болью. Пропуски занятий караются не отчислением, а смертью.

Книга, которая уверенно доказывает, что для управления магией, системой и судьбой мира достаточно сидеть в приёмной и быть хорошей девочкой. Все остальные персонажи нужны лишь для того, чтобы...

Детектив как алиби для разговора о вечности

После праздников «Тата» выглядит единственным живым существом на кухне: собранная, трезвая и с архивом вместо сердца. Это роман, где случайности назначены, эмоции включаются по расписанию, а...

Как Виктор Дашкевич писатель со слабым словарным запасом стал главным автором России, и почему нам всем пора на выход

Это книга, которая орёт «мне плохо» так громко, что забывает сказать хоть что-нибудь ещё. Проверяем, можно ли считать паническую атаку художественным методом.