Первый опыт режиссёра, отсутствие декораций, метафоры из игрушек и вагон роковой эстетики — Малый театр уверяет, что всё это не очередная попытка оживить классику, а её «этическое продолжение». Книгосмотр иронично кивает, но про себя уже ищет запасные тормоза.
На Исторической сцене Малого театра представили новую «Анну Каренину», и Книгосмотр хлопает дверцей воображаемого купе: снова поезд, снова любовь, снова Толстой. Министерство культуры радостно сообщает, что премьера состоялась — что ж, замечательно, значит, хотя бы репетиции не сошли с рельсов.
Режиссёр Андрей Прикотенко — человек, впервые пришедший в Малый театр, — утверждает, что секрет постановки в этике труппы. Книгосмотр усмехается: интересно, насколько этично каждый вечер умирать под поездом? По словам режиссёра, актёрам не нужно «делать вид» — наконец-то, настоящая революция в театре! Зрители, видимо, тоже не должны делать вид, что не знают финал.
Прикотенко строго напоминает: если Анна не уходит ради великой любви — всё рушится, если Вронский не встречает судьбоносную женщину — всё рушится, если Каренин не любит бесконечно — опять рушится. Книгосмотр вздыхает: толстовская архитектура — хрупкая штука, стоит одному персонажу передумать, и весь роман превращается в серию записок на холодильнике.
В театре уверяют, что спектакль поможет распутать «тонкое кружево мотивов» — что звучит многообещающе. Особенно если вспомнить, что кружево чаще всего рвётся в самый неподходящий момент.
Художник-постановщик Ольга Шаишмелашвили решила отказаться от массивных декораций: ни дворцов, ни залов, ни роскошных интерьеров. Только актёры, пространство и… детская игрушка с бумажным снегом. Книгосмотр вскидывает бровь: кто бы мог подумать, что фатализм Толстого можно выразить нарезанными хлопьями и условной лошадкой? Однако, как уверяют создатели, эти детали становятся метафорами рока и сопровождения судьбоносных сцен. Бал — с игрушкой. Метель — с бумажкой. Развязка — с мурашками.
В ролях — тяжёлая артиллерия Малого театра: Виктор Низовой в строгом каренинском костюме, Полина Долинская в аннинской драме, Нил Кропалов в роли Вронского, и блестящая поддержка в лице Людмилы Титовой и Светланы Амановой. Книгосмотр кивает: состав внушительный, а значит, трагедия гарантирована даже без поездов — но поезд, конечно, всё равно есть.
Итак, новая «Анна Каренина» живёт на сцене Малого театра, где страсти кипят, снег бумажно кружится, а зрители готовы в сотый раз наблюдать, как любовь разгоняется до критической скорости. Книгосмотр вздыхает иронично: какие бы интерпретации ни ставили, Толстой всё равно на всех смотрит сверху — с выражением “я же говорил”.
